23 февраля Ossetia News пообщалась с ветераном войны в Афганистане Сергеем Пхалаговым.

Как вы представляете себе десантника, ветерана афганской войны? Высокий, статный, широкоплечий, с уверенной походкой, широкой улыбкой и добрыми глазами. Казалось бы, столько испытаний выпало на его долю, война должна была изменить его, но задор в глазах выдавал в нем молодого парня, мечтающего о приключениях. Сергей Викторович до последнего убеждал меня, что не привык общаться с журналистами и ему совсем нечего рассказать. Но только войдя в его кабинет, (Сергей Пхалагов — председатель совета ветеранов Афганистана) я поняла, что он лукавил. На стенах висит множество фотографий, и я то и дело отвлекалась на них, пыталась прочесть подписи неразборчивым почерком. Флаги подразделений, благодарности, портреты, грамоты — даже не верилось, что этот добродушный мужчина, прошел все тяготы войны и был одним из первых, кто в ней участвовал.

Сергей Викторович, каким для вас был день начала войны? Где она вас застала?

До Афганистана я был обычным студентом, учился в ГМИ. Потом меня призвали в армию, в Витебск. Я отправился служить в ряды воздушно-десантных вооруженных сил. Мы прошли курс молодого бойца в течение двух недель, а потом пришел приказ о тревоге. Это было где-то 20 ноября 1979 года. Никто не знал, что это за приказ и что нас на войну отправляют. Мы думали, что просто учения. Нас отправили на аэродром. Вот там мы пробыли несколько дней в казарме. Каждый день по тревоге выходили к самолетам. Помню, постоишь около самолета поохраняешь, померзнешь и обратно в казарму. Прибыли в Афганистан мы 25 декабря. Это был теплый декабрьский вечер, тогда мы и начали свою службу. Не буду называть это войной.

Как у вас складывались отношения с местным населением?

В начале боялись нас конечно. Потом налаживались отношения. Но знаешь, как было, сегодня днем местный житель общается с тобой и смеется, а вечером стреляет в тебя. Такое было и было очень часто. Мирное население было малоразвитым, у них еще средневековье тогда было. У них продолжительность жизни и пятидесяти лет не достигала. Но не везде так было. Например, в Кандагаре (Кандагар – большой город в Афганистане, где проходили активные боевые действия в начале войны, прим.ред), глава города обходил наши расположения с подносами и угощал нас мандаринами, апельсинами, гранатами и прочим.

Какие климатические трудности вас ожидали? Как вы с ними справлялись?

Мы сами создавали для себя условия. Палатки военные обустраивали для себя, чтобы на войне было не хуже, чем на учениях. Даже фонтан сделали, (улыбается) представляешь, вот воды не было, питьевой, а фонтан был. Помню, в Кандагаре набираешь воду в бочку двухтонную, и там оставалось воды литров 300 только, а остальное были ил и грязь. Бывало, даже с лужи набираешь воды в котелок и пьешь ее. Да так оно и было постоянно. Ну нет там нормальной чистой воды. Я, знаешь, когда первую нормальную воду выпил? 16 ноября 81 года, когда домой зашел. Схватил трехлитровый баллон и под кран, дома смотрят и не понимают, что такое, а я тогда понял, что такое настоящая вода. Помню, там росла верблюжья колючка, мы ее заваривали и пили, даже жажда проходила от нее. Потом смеялись, что постепенно станем верблюдами, они ж тоже ею жажду утоляли (смеется). Раны заживали ой как долго.

Может были какие-то хорошие моменты? Случаи, которые вам запомнились.

Забавный случай знаешь какой был. Вот когда в рейд пошел и вернулся, а там твои друзья, твои земляки и встречаешь их и радуешься, что они все живы и здоровы. Вот это были самые забавные случаи. Я помню, мы попали как-то под обстрел, даже пленного взяли. Кое-как вернулись оттуда, я был на десантной машине. Когда вернулись, мой друг Гена Амбалов, по рации он слышал, что шел бой, что обстреливают. Как узнал, что за рулем машины был я, сразу подбежал, а на глазах слезы и начал считать пробоины на машине от пуль. Мы всегда волновались друг за друга. И такие ребята были, вот приходили с рейда, и сразу садились песни писали. Это ж надо, после войны – песни писать и под гитару петь.

Воины интернационалисты воевали на чужих территориях. Как вы воспринимали эту войну?

Это были коммунистические времена. В те годы была другая идеология. Это была наша граница, и мы ее охраняли. Тебе отдают приказ, и ты не считаешь, что идешь защищать чужой народ, ты охраняешь свою границу, а значит свою родину и семью.

Как вы считаете, была ли это война нужна России?

Я считаю, что это не было необходимостью. Но сейчас уже некого винить. Воспитание молодежи было другим. И мы не могли даже подумать, что можно не идти в армию и на войну. В школах проходили военную подготовку, все учились собирать и разбирать оружие. В то время чтобы молодой мальчик ГТО не сдал, такого не было, ну время другое, понимаешь.

Как привлечь внимание людей ко Дню памяти воинов интернационалистов? Если про день Победы знает каждый житель страны, то про 15 февраля зачастую забывают. Почему так происходит?

Каждый уважающий себя человек такую дату не должен забывать. У нас в республике нет такой семьи, с которой молодые парни не пошли бы на войну. Но это наша память, и осуждать никого я не хочу сейчас. Этот день отмечают, как праздник, но на самом деле, это день памяти тех, кто не вернулся к своим матерям. 56 человек из Осетии погибли в Афганистане, их имена высечены навечно в наших сердцах. Их было всего 1200 человек. И каждый год их становится меньше, многие не доживают до 50 лет. Многие награждены и орденами Красной Звезды, медалями за отвагу.

Вы тоже были награждены медалью за отвагу. За какой поступок?

Я не хочу говорить про эти дни, и про эти поступки. Я не то, что не люблю, я не могу об этом говорить. Даже наши ветераны, те, кого приглашают в школы поговорить с ребятами, потом мне звонят и говорят, что несколько дней в себя прийти не могли. Это трудно вспоминать. Были случаи, когда вместе с ребятами идешь в рейд, все кроме тебя погибают на твоих глазах. Как я могу после такого рассказывать о том, какой я герой?
Но я могу рассказать про других наших героев. Например, Сергей Макиев. Будучи молодым лейтенантом, он попал в окружение, и за его спиной была только скала, сама понимаешь, идти было некуда. Когда душманы начали окружать, он спрыгнул вниз со скалы, лишь бы не попасться врагам. Волею судьбы удалось зацепиться за дерево и выжить. Он, конечно, пролетел около 100 метров, потом весь перегипсованый был, но живой. Или Земфира Дзасохова (на фото). Тоже награждена медалью за боевые заслуги. Она три войны прошла. Да вообще всем ребятам нужно было давать героя Советского Союза.

Как вы относитесь к женщинам на войне? Им там место?

Если говорить о женщинах в лице Земфиры, некоторым она была, как мать. Она вытаскивала многих с поля боя и ухаживала за ними. Да и вообще женщин было очень много. Они выполняли свои задачи, госпиталь как без женщин? Они спасали нас.

Как вас встречали на Родине после войны? Как вы узнали, что возвращаетесь?

Обычно приказ о дембеле приходит за 100 дней. Когда пришло время, мы тем же путем, как прилетели, возвращались домой. Когда прилетел в Москву, очень хотелось погулять, но понимал, что надо домой. Отец, когда открыл дверь и увидел меня, то в шоке был, мама, когда увидела, вовсе в обморок упала (улыбается). Пока их в чувство привел, пока воду пил, так и понял, что все, теперь я дома.

Это было сюрпризом? Вы не отправляли им письма о возвращении?

Первое письмо с Афганистана я написал через 8 месяцев после службы, это же все было секретно. Письма, которые мы писали, их нельзя было отправлять, они делали круг и обратно возвращались. Они проходили контроль, чтобы никто не знал о том, что мы в Афганистане. Целый год никто из моих родных не знал где я, но по телевизору показывали, и они догадывались, наверно.

23 февраля не просто день, это день, когда вспоминают и благодарят защитников Отечества, но многие забывают об этом. Как вы к этому относитесь?

Например, когда поздравляют школьников – это я понимаю, они наше будущее. А те, кто не служил и не будет, не знаю даже. Если они себя считают защитниками Отечества, то пусть считают и поздравьте их. Не хочу никого осуждать. Помню, перед военкоматом даже с крыш прыгали ребята, чтобы показать, что сильные и надо взять в армию. К счастью понемногу возвращаем это. Почему бы не ввести в школах предметы, на которых рассказывают про локальные войны, приглашать ветеранов, почему бы нет? Именно те люди, которые что-то видели. Чтобы воспитывать их, чтобы не возникало вопросов, зачем служить в армии. А сейчас что? Ну а тем, кто служил и защищал свою страну и свою семью, я хочу пожелать мирного неба над головой, яркого солнца и главное, здоровья.

Галина Григорян
Ossetia News